Не подошла. У неё, видимо, какая-то своя схема работы специфическая, нам она не подошла. Даже для меня всё было достаточно сложно, сложная схема объяснения, запутанная. Другого репетитора я поняла с полуслова, мы на одном языке общались, а здесь мне было сложно. Месяц или чуть больше занимались. Очень тяжело было. Ребёнок плакал после занятий. С Ириной Александровной, когда говорили, что будут занятия, он говорил: «Я не хочу», просто категорически. Она не располагала к себе. Человек очень требовательный, но в плане: она так сказала, так и надо. Влево, вправо шагов делать нельзя. Не то чтобы вольности, но и своего мнения не нужно было.